Для вдохновения

Интервью. 24 января по решению ООН отмечается Международный день образования.

Школа новых возможностей
24 января по решению ООН отмечается Международный день образования. Празднование дня в 2020 году, говорится на сайте ООН, позволит рассмотреть образование в качестве величайшего возобновляемого ресурса человечества. Образование предоставляет возможность выбраться из нищеты и обеспечить благосостояние в будущем. Однако 262 млн детей не посещают школу, 617 млн не обладают элементарными навыками чтения и математики. В нашей стране, к счастью, нет этих проблем. Но отечественная система образования сегодня решает другие задачи: взяла ориентир на развитие у детей функциональной грамотности, на воспитание думающего, креативного, конкурентоспособного поколения. О том, в чем есть достижения, а где – промахи, мы поговорили с председателем правления АОО «Назарбаев Интеллектуальные школы» Куляш Шамшидиновой.

– Куляш Ногатаевна, сравните школьника 80–90-х годов и нынешнего. Насколько, на Ваш взгляд, отличаются их портреты, набор навыков?

– Считаю, что общее в портретах школьников есть – это ценности, которые закладываются в семье, в школе: любовь к родным и близким, любовь к родине, уважение традиций и обычаев предков. Это непреходящие ценности.

Сегодняшний школьник работает с цифровыми технологиями, у него больше навыков в поиске информации, потому что само время требует этого. Зато меньше навыков что-то делать своими руками, в то время как школьник 80-х мог пилить, паять, строгать.

Сейчас изменился сам подход к организации школьной жизни: если раньше учащиеся принимали участие в подготовке школы к образовательному процессу – допустим, могли провести уборку в классе и на территории, починить парты, то сегодня за них это делают взрослые, они получают все готовым.

– Да, помнятся недавние дебаты в соцсетях по поводу того, что школьников могут заставить мыть полы в классах. Сколько нашлось противников…

– Но потому и отношение к тому, что происходит в школе, у детей изменилось.

И самое главное – изменился учитель. Понимание того, что общество возлагает на него все более высокие требования, создает большую напряженность в педагогической среде. Потребность в получении качественного образования, в приобретении новых навыков вполне объяснима теми изменениями, что происходят в мире. Но и учитель, понимая, какая ответственность на него ложится, тоже вправе требовать от общества соответствующего к нему отношения. Потому и назрела необходимость принятия Закона «О статусе педагога», который прописывает как обязанности, так и права учителя, поднимает его на новую высоту в обществе.

– Как показывают результаты важного международного исследования PIAAC, а это что-то вроде PISA для взрослых, в Казахстане навыки молодого населения (от 25 до 34 лет) порой даже ниже навыков более старшего поколения (55–65 лет). Эксперты говорят, если не принять срочные меры, то через 20–25 лет ситуация будет еще хуже. Поддерживаете ли Вы эти опасения? И какими компетенциями нужно обладать, чтобы стать конкурентоспособным, востребованным?

– Тут нужно задаться вопросом: насколько система образования успевает за теми изменениями, которые происходят в мире? Вспомните, примерно с 2009–2010 годов получают развитие в стране цифровые технологии, соцсети проч­но вошли в нашу жизнь 3–4 года назад. Сейчас говорят, что наши школьники, согласно результатам PISA 2018, продемонстрировали низкую читательскую грамотность. Это очень важная компетенция в эпоху соцсетей. Но вот те методики, технологии, по которым раньше развивали грамотность, начали отставать от скорости развития цифровых технологий, в итоге мы перестали успевать обрабатывать тот большой объем информации, наваливающийся на нас каждый день, час, минуту. Над проблемой читательской грамотности работают многие образовательные системы мира, потому что они обеспокоены ею: если человек просто читает – это одно, а если читает, понимает, делает выводы – это уже совершенно другое видение мира.

Нужно понимать, что те базовые навыки, та базовая грамотность, которые были приемлемы в эпоху кустарных фабрик – требовалось беспрекословное выполнение инструкций, приказов, – сегодня недостаточны. В условиях транс­национальных компаний ожидания у работодателя другие: человек должен уметь работать в неизвестной, нестандартной ситуации. И вполне естественно, что базовая грамотность у поколений разная, ведь она обусловлена экономическими, социальными, политическими процессами, которые происходят в обществе.

Навыки и компетенции – это те инструменты, которые постоянно находятся в развитии. И если человек использует полученные знания на практике, функциональная грамотность всегда будет выше. Не зря говорят про дуальное, практико-ориентированное обучение. У взрослого населения возможность развивать навыки выше, чем у 25-летнего просто с позиции опыта прожитых лет, его возможностей использовать знания на практике.

Кто такой 25-летний молодой человек сегодня? Это или низко­квалифицированный специалист, или человек, который находится в состоянии обучения. Но насколько вузы, учебные заведения ТиПО дают возможность использовать свои знания на практике? Ответить на этот вопрос можно, посмотрев процент трудоустройства выпускников.

Что сегодня нужно делать? Одна из главнейших ценностей – умение обучаться в течение всей жизни, и этот навык мы обязаны прививать с детского сада. Если раньше говорили, что источник обучения – это школа, то сегодня это – огромный мир. И главная задача – научить детей быть любознательными, учиться на всем том, что происходит вокруг.

В условиях современной школы нужно обязательно прививать детям семейные, общечеловеческие ценности, воспитывать патриотические чувства – все то, без чего не может вырасти полноценная личность. Наша задача заключается еще и в том, чтобы готовить людей к тому будущему, которое наступит к моменту окончания школы. Какие-то навыки могут уйти, но останутся те, что более высокого порядка, – умение анализировать, синтезировать, делать выводы. Ум, логика, мотивация – эти три базовые составляющие, которые мы должны направить на генерацию новых идей, чтобы благополучно жить в условиях современного, постоянно меняю­щегося мира.

Нужно давать детям навыки освоения новых технологий – это глубокое понимание цифрового мира, знание языков программирования, умение находить правильное технологическое решение для любых вопросов. Следующим основным навыком является коммуникация – умение работать в команде, способность отстаивать свое мнение, слушать других людей, умение решать вопросы неконфликтно, вести конструктивный разговор. Важно знать языки – в условиях Казахстана как минимум казахский, русский, английский. И не менее важен эмоциональный интеллект – это умение управлять своими эмоциями, жить в согласии со своими сильными и слабыми сторонами. К слову, многие наши дети не умеют обращаться за помощью, а человек должен быть готовым оказывать помощь и принимать ее – это очень серьезные вещи. Не зря же нынешний год объявлен Годом волонтера, потому что необходима вовлеченность людей в жизнь общества.

Чтобы решить эти задачи, нужно меняться и самой школе. Мы, к сожалению, не даем возможности ребенку ошибаться, преподносим ему обработанный материал, говоря, что хорошо, что плохо. А сегодняшний ученик требует: вы меня убедите, что это хорошо, а это – плохо. А чтобы убедить, надо вовлечь в процесс обучения. Как? Его самого нужно побудить искать и находить нужную информацию, приходить к пониманию учебного материала. А для этого хороший учитель должен прийти в класс, поставить перед учеником задачу, а после ее выполнения спросить, какой ответ он получил и почему именно такой. Этот процесс нелегкий.

В октябре 2019 года на XI международной научно-практической конференции «Учителя, меняющие мир школы», организованной Назарбаев Интеллектуальными школами, перед педагогической общественностью выступал экс­перт из Израиля Йорам Харпаз. Он справедливо отметил, что на школу сегодня уже нельзя смотреть с прежних позиций: обучение – это объяснение, знание – это объект, разум – это сосуд. Теперь, по его словам, выстраивается другая парадигма: обучение – это вовлеченность в учебный процесс, знания – это структура, а разум – это интерпретация, то есть умение полученные знания использовать в жизни. Я с коллегой полностью согласна.

– С 2016 года в стране внедряется обновленное содержание образования. Дети погружаются в обновленку довольно легко, а вот родители по большей части не воспринимают ее, а особенно критериальное оценивание, ссылаясь на свой школьный опыт. Учителя, конечно, не вслух, но тоже выказывают недовольство – программой, учебниками, жалуются на загруженность. Было ли подобное неприятие нового в первые годы работы НИШ, ведь именно их опыт транс­лируется на всю страну?

– Когда Назарбаев Интеллектуальные школы начинали работу, мы набирали в 7-е классы детей по конкурсу. Прошли далеко не все, родители высказывали недовольство: чему учили 6 лет наших детей? Им объясняли, что программу естественно-научного направления освоит не каждый ученик. Но задумались над тем, почему родители считают, что их ребенок все может. Стали смотреть систему оценивания, анализировать. В журналах: «птичка», «птичка», 5, «птичка», 4. Но оценка «отлично» или «хорошо» ни о чем не говорит. Когда учитель сказал ученику «молодец» или «ты хорошо подготовился», он ничего не сказал. Педагог должен указать ребенку, над чем ему необходимо поработать, какую тему подтянуть, показать его сильные и слабые стороны по предмету. И эта связь должна быть обратной, постоянной.

Увидев проблему, наши специалисты разработали очень четкую схему оценивания работ, и когда начали показывать ее учителям, они очень быстро все поняли. А потом сказали, что по-старому работать больше не могут.

Да, в первый год, когда внедрялось критериальное оценивание, качество знаний упало с 80 до 40% по всем школам НИШ. У нас было шоковое состояние. Но мы решили панику не поднимать, никого не наказывать и пригласили независимых экспертов, чтобы провести исследование среди детей, родителей и учителей по критериальной системе. Когда получили результаты, сразу успокоились: примерно 86% родителей и детей сказали, что знают, над чем им надо работать, и были согласны с нашей оценкой. Примерно то же сказали учителя. В итоге к концу года качество знаний выросло до 80%. Как видите, новая система оценивания не до конца была понята, и пришлось много работать, обучать людей.

Что сейчас происходит с сис­темой оценивания в школах по всей стране? Люди не против нее. Просто при внедрении критериального оценивания учителя столкнулись с рядом трудностей: умение планировать оценивание в соответствии с целями обучения, разрабатывать задания для оценки знаний и навыков, предоставлять каждому ребенку обратную связь для улучшения его результатов. А это требует иной подготовки и планирования урока, индивидуального подхода к ученику.

На самом деле система оценивания – это не просто оценка, это еще огромный воспитательный процесс. Человек должен уметь распределять свое время, не оставлять на последний день то, что можно подготовить сегодня. Ведь вспомните, раньше ученик каждый день, идя в школу, постоянно переживал: получу ли я свою тройку или четверку, спросит ли учитель? Теперь же, когда он сдает суммативное оценивание за раздел (СОР), суммативное оценивание за четверть (СОЧ), точно знает, когда ему сдавать тесты, точно знает, по какой теме будут вопросы. Что тут непонятного?

Надо уметь планировать свое время. Конечно, если директор школы не контролирует организационный процесс и в день проходит по 5–6 СОРов и дети подвергаются большим нагрузкам, показывают плохие результаты, то тут не система оценивания виновата. Даже в наших школах в день больше 2 СОРов и СОЧей стараемся не проводить, так же как и не давать больших домашних заданий.

Что касается самих педагогов, то мы поняли, что они затрудняются в составлении заданий для суммативного и формулировке вопросов для формативного оцениваний. Поэтому в 2019 году организовали летнюю школу, бесплатно обучили учителей. Летом опять запустим курсы по обучению учителей навыкам разработки заданий.

Проблема в том, что зачастую учителя считают оценку единственным источником мотивации детей. Но это же зависимая мотивация, и как люди в XXI веке будут жить с ней? У ребенка должно быть другое стремление – стать лучше, а не просто получить оценку. Когда мы превращаем систему оценивания в единственную форму мотивации, то, естественно, возникает недопонимание роли оценивания в преподавании и обучении.

Почему еще взрослые не воспринимают нововведение? Потому что у них в голове сидит концепция школы, где дают знания. А сегодня концепция другая: школа – место взросления и становления человека. Учитель должен беспокоиться не о том, чтобы ученик запомнил таблицу умножения, его задача заключается в том, чтобы он не забыл таблицу. Вот в чем разница. Ребенок, что бы он ни делал, должен понимать, что он делает. А учитель находится рядом, чтобы помочь советом, поддержать.

– Мне довелось побывать в эстонских школах. Учителя в конце каждой четверти расписывают подробно успехи ученика по предмету и дают не менее подробные рекомендации, как успевать еще лучше. Правда, у педагогов и зарплата другая – выше средней по стране.

– Исследования показывают, что качество образования зависит не только от зарплаты педагога. Если учитель – патриот, вовлечен в общественные дела, у него дети учатся лучше. Исследования, к слову, проведены в Канаде.

В 2012 году мы начали опережающую подготовку педкадров, хотя внедрение обновленного содержания образования, как вы помните, стартовало в 2016-м. Мы знали, что самый большой риск будет в том случае, если учитель не поддержит нововведение. Понимали, что педагог боится терять комфортную зону: у него все готово, годами наработано, Второй момент – он тревожится: получится – не получится. И тогда мы начали обучать учителей. И если бы этих 30% обученных к началу внедрения не было, нас бы критиковали еще больше.

Сейчас в активе тысяча ведущих школ, для которых мы подготовили тренеров по методике и технологии обучения, по критериальной системе оценивания, и по подготовке заданий по предметам. Почему мы это все делаем? Хотим, чтобы педагоги помогали друг другу. Вообще же, и само учебное заведение должно все время заниматься повышением квалификации учителей. Мы всегда говорим: нельзя формировать педколлектив просто по диплому, надо создавать профессиональную команду.

Когда бываю в школах, прошу показать учительскую. В связи с тем, что зачастую кабинетов не хватает, учительские отсутствуют. Я задаю вопрос: а как вы планируете уроки, каждый сам по себе? Мы сейчас в своих школах практикуем командное планирование, командное составление поурочных планов и командное преподавание. Химик, физик, био­лог, математик собрались вместе и планируют каждый свой урок, учитывая при этом межпредметную связь. К примеру, заметили, что у детей слабые знания по теме «Уравнение и неравенства». И все январские каникулы математики 8, 9, 10-х классов сидели и решали трудные задачи. Подтянули физиков, чтобы те на уроках давали задание учащимся по составлению неравенств и так далее. То есть, кроме личностной, должна быть и командная ответственность.

Мы исправить положение можем. Кроме PIAAC, PISA, проводится и такое международное исследование, как TALIS. Наши педагоги впервые в нем участвовали и в 2019 году получили хорошие результаты. Так вот, 75% опрошенных учителей сказали: педагог – это первая выбранная профессия, значит, в школу пришли не случайные люди, а те, кто хочет работать. Казахстан вошел в первую тройку стран, где очень хорошо развито наставничество среди педагогов, а теперь еще за этот труд, согласно Закону «О статусе педагога», будут доплачивать. Далее, 86% опрошенных сказали, что система повышения квалификации дает возможность профессионального роста. Учитель хороший – школа будет хорошей.

– Результаты НИШ в PISA 2018 продемонст­рировали эффективность образовательных программ. Учащиеся интеллектуальной школы набрали по читательской грамотнос­ти 511 баллов, математике – 554 балла, естествознанию – 526. В чем секрет успеха – в хороших прог­раммах, талантливых кад­рах и детях, в статусе школ? И как скоро его смогут достичь учащиеся обычных школ?

– У этого успеха несколько сос­тавляющих. Это практико-ориентированная программа, мас­терство педагогов, повышением квалификации которых мы постоян­но занимаемся. Это талантливые дети, умеющие рассуждать, имеющие свое мнение. И еще один немаловажный фактор – доверительные отношения между учителем и учеником, которые убирают страх перед любым тес­том, экзаменом.

А потеря позиций школьниками страны на PISA 2018 – это несоответствие программам: если за рубежом 15-летние подростки, а тестируются школьники именно в этом возрасте, учатся в 9–10-х классах, то наши – классом ниже. Поэтому 12-летка, о которой мы столько говорим, – это не игрушки, ведь есть общепринятый объем знаний и умений, которыми должны владеть 15-летние дети. Программа НИШ как раз покрывает тот объем, что получают дети в зарубежных странах.

Результаты низкие еще и по той причине, что впервые школьники сдавали тестирование на компьютере, а компьютерная грамотность у нас страдает. Но вот когда говорят, что сельская школа выглядит намного хуже – неправда. Например, сельские школы Актюбинской и Кызылординской областей по математике показали более высокие результаты, чем городские. А вот в Костанайской, Карагандинской, Атырауской, Восточно-Казахстанской областях разрыв между селом и городом значительный. Иначе говоря, нужно анализировать полученные результаты, делать работу над ошибками, организовывать обучающие курсы для учителей именно по подготовке к PISA.

Но еще раз повторюсь: должна меняться архитектура школы. Совре­менная школа предполагает непрерывность обучения, гибкость, новые технологии, персонализированное обучение, потому что у каждого ребенка разная скорость усвоения материала, учитель обязан сегодня знать не только свой предмет, методику и технологию его преподавания, но и быть личностью. И я не устаю говорить: главная задача школы – обеспечение безопасности и защиты прав детей, потому что любая программа не имеет права на существование, если она нарушает права ребенка и создает опасные условия для его жизни и здоровья.
Новости литературы